Первая чеченская

Первая чеченская компания «Перейти границу»

 

1. Вероятный противник

 

Для многих российских граждан первая чеченская эпопея началась 11 декабря 1994 года. Тогда по телевидению передали обращение Президента, армейские колонны уже перешли административную границу мятежной республики и устремились вглубь ее территории. Со стороны Дагестана первой в пределы Чечни должны были войти подразделения 34 ОБрОН ВВ — Шумиловская бригада (тогда еще полк) Приволжского округа внутренних войск. Войти и, занять плацдарм, обеспечить дальнейшее продвижение танковых и мотострелковых колонн армейских частей.

Первая чеченская войнаСосредоточение сил приволжцев бригады на территории сопредельного с Чечней Дагестана началось еще летом. Знакомились с местностью, изучали дороги, «приучали» к своему виду и присутствию местное население. Маневровые группы совершали рейды вдоль чеченской границы, спецподразделения проводили поисково-разведывательные мероприятия, часть сил несла службу по охране Герзельского моста. О том, что будет предпринят ввод войск на территорию Чечни, разговоры, конечно же, ходили. Но во что это, в конце концов, выльется и затянется, тогда мало, кто догадывался и предполагал. А может быть, просто до последнего момента надеялись на здравый смысл политиков.

Волею судьбы бойцам Шумиловской бригады приходилось общаться и с «вероятным противником». При несении службы в нарядах на Герзельском мосту офицерам и прапорщикам бригады частенько случалось контактировать с чеченскими милиционерами или с представителями чеченского Департамента госбезопасности. Интерес был взаимный: и те, и другие старались выудить друг у друга в непринужденной беседе как можно больше информации, представляющей хоть какой-то интерес для своего начальства и разведорганов. В тот период, как вспоминают непосредственные участники событий, отношение чеченцев к российским военнослужащим было не то чтобы агрессивным, а скорее сдержанно-любопытным. Особой вражды не чувствовалось ни стой, ни с другой стороны.

Но все изменилось в одночасье!     

Две ночи – с восьмого на девятое и с девятого на десятое декабря – прошли в подразделениях по однотипному сценарию: поступление сигнала тревоги, приведение в готовность к маршу. При полной экипировке люди и техника находились до четырех утра. Затем следовала команда «отбой», после которой – короткий сон и далее по обычному распорядку: занятия, дежурства, служба.

Ночь с десятого на одиннадцатое декабря началось так же. К полуночи солдаты и сержанты, прапорщики и офицеры уже привычно заняли свои места в бэтээрах, кузовах ЗИЛов и кабинах машин. 

В свете маскировочных фар тускло блестела вороненая сталь автоматов и пулеметов, мерно урчали прогреваемые моторы, приглушенно звучали голоса. Полк, уподобившийся сжатой пружине, готов был «распрямится» в любой момент. И он настал.

2. «Перейти границу»

 

В первую чеченскую 11 декабря передовые подразделения находились в Аксае: 3-й батальон, которым командовал подполковник Игорь Ковш, часть группы спецназа во главе со старшим лейтенантом Игорем Гуровым, рота разведки, которую в тот день возглавил лично начальник разведки полка майор Вячеслав Афонин, и часть сил артдивизиона. Они шли первыми.

Слева двигался 2-й батальон подполковника Виталия Серегина. Их маршрут лежал через Хасавюрт. 1-й батальон, ведомый майором Андреем Анайко, выдвигался по другой дороге.

Хасавюрт… Сейчас название этого дагестанского города часто мелькает в новостях различных телеканалов. А впервые внимание общественности, и не только российской, оказалось прикованным к нему именно 11 декабря 1994 года. И именно в связи с событиями, в центре которых оказались военнослужащие Шумиловской бригады внутренних войск. Те из них, кому довелось в тот день попасть на его узкие улочки, долго будут вспоминать все произошедшее…

Колонна 3-го батальона удачно миновала город. Еще затемно вышла к местам оборудования ротных опорных пунктов, обозначенным ориентиром, которые оставили за несколько дней до того, проводя рекогносцировку местности. В сумерках с трудом, но все же, отыскали все свои вешки. И начали зарываться в землю. Ближе всех к границе расположилась рота Александра Теплицкого. Пока тихо.

С рассветом началось шевеление.

Следующий день по дороге туда-сюда моталась белая «Нива». Проедет невдалеке от позиции, посмотрит, скорость наберет, скроется из виду, потом опять вернется. Наконец остановилась рядом с позициями бригады. Дошло дело до оскорблений и прямых угроз. Но приволжцы вели себя спокойно. К обеду на окраине деревни стала собираться приличная толпа. Сначала стоял приглушенный шум, потом стали раздаваться выкрики, угрозы. Вот-вот от слов будут переходить к делу. И точно: прошло еще какое-то время, и вся эта бурно поперла на позиции. Держались, как могли, стараясь сохранить спокойствие, насколько это возможно в такой обстановке. Тут главное – не показать, что ты их боишься. Мало-помалу, израсходовав силы на крики и вопли и не видя агрессивных действий со стороны военнослужащих, толпа стала стихать, постепенно ретируясь с позиций.

В это время показалась головная походная застава во главе с Игорем Ветровым. Они стояли еще дальше, на самой границе, на Герзельском мосту. И теперь возвращались обратно. Был получен приказ на отход. Было ни чего не ясно, но вырисовывалась дело дрянь: 1-й батальон блокирован на своих позициях, 2-й почти в полном составе (так тогда считалось) захвачен в заложники.

Колонна 3-го батальона километра два двигалась черепашьим шагом, осыпаемые палками, камнями, опять под крики и проклятия. Но ничего, проткнулись.

Через некоторое время подтянулась колонна 1-го батальона, который вывел из блокады майор Андрей Анайко.

Объединенная колонна 1-го и 3-го батальонов выдвинулась к месту расположения КП полка…

Впервые дни первой чеченской компании 11 декабря также развивались события на самой административной границе Чечни и Дагестана. А именно на Герзельском мосту, у которого, выполняя поставленную задачу, оказалась головная походная застава полка, которую возглавлял майор Игорь Ветров. Задача была конкретная: занять Герзельский мост, «закупорить» его, перекрыть движение по трассе Ростов-Баку, обеспечить охрану и контрольно-пропускной режим через мост. Вроде бы все просто и ясно. А вот на самом деле вышло иначе. Мост был заблокирован огромным количеством людей, скопилось их на чеченском берегу жуть сколько, даже считать было бесполезно. К этому времени народ уже достаточно взвинчен был, стал на солдат и милиционеров бросаться. Несколько часов, пока не был получен приказ на отход, головная походная застава держалась у Герзельского моста. Затем организованно отошла, соединившись с колоннами 1-го и 3-го батальонов. Собравшись в указанном районе, эти подразделения двинулись к месту расположения КП полка. А вот что происходило со 2-м батальоном, точно не знал ни кто. 

 3. Захваченные в плен

 

Колонну 2-го батальона остановили прямо на трассе. Она успела выйти из города, и двинутся по направлению к чеченской границе, — вспоминал тот наполненный трагическими событиями день командир одной из групп разведки прапорщик Сергей Еремин, находившийся на одном БТРе с майором Вячеславом Афониным. – Дорога оказалась буквально запружена подростками, женщинами, стариками. Командир блокированного подразделения подполковник Виталий Серегин передал на КП полка, что стихийные, как показалось в начале, действия окруживших их людей принимают организованный характер  и становятся все более агрессивными: из машин пытаются достать солдат, отобрать у них оружие и боеприпасы. И на одном из ЗИЛов, что замер в хвосте колонны, это, похоже, удалось. 

В общем, дела под Хасавюртом с каждой минутой становились все менее радостными. Комполка принял решение выслать на помощь блокированной колонне два БТРа – разведки и спецназа, которые возглавил «Дядя Слава» (В. Афонин) и Игорь Гуров.

Когда они подлетели ко 2-му батальону, толпа впервые секунды отхлынула от машин, поутихла. Начали действовать: солдат обратно в кабины и кузова запихивать, отбирать оружие и боеприпасы, которые успели оттащить пацанва и молодые парни.

Но тут к колонне подошел КамАЗ, в котором сидели десятка три взрослых мужчин. Что еще раз говорит о том, что все действия по блокированию колонны были кем-то хорошо продуманы и спланированы: и связь налажена, и «резервы» заготовлены, и средства их доставки. Ведь пока не было БТРов и с колонной справлялись вопящие женщины и молодежь, бравшие количеством, не появлялись и взрослые мужчины. Появился спецназ и разведка – тут же нарисовался и «ударный отряд» бородачей.Первая чеченская 1994 год

Короче, на успокоение уже не осталось ни малейшего намека. Толпа бушевала. Вместо того, чтобы разблокировать колонну, 2 БТРа спецназа и разведки сами оказались зажатыми вместе с ней в этом бурлящем людском море, чувствуя, что ситуация окончательно выходит из-под контроля.

Не знаю, от чьего имени, но от военных потребовали возвращения в Хасавюрт. Техника стала разворачиваться. Колонна была вновь заблокирована на «хасавюртовском круге» — небольшой городской площади с кольцевым движением. Только теперь состояла целиком из молодых парней и взрослых мужчин. 

4. Итог ввода войск первой чеченской

 

Всего в Хасавюрте 11 декабря 1994 года попало в плен 47 военнослужащих Шумиловской бригады. Но тот, кто внимательно следил за газетными и телевизионными новостями в те дни, может вспомнить другую цифру, прошедшую во всех средствах массовой информации – 58.

Ошибки здесь нет. А дело вот в чем. Уверен, что читатель далек от мысли, будто солдаты и офицеры внутренних войск сдавались в плен без сопротивления. Нет, они были именно захвачены, защищались всеми доступными в тех обстоятельствах способами, дрались до последней возможности, пытаясь вырваться из блокады и избежать плена. Кое-кому это удалось.

Большинство из этих «кавказских пленников» были возвращены в родную часть. Но не все: полковник Серегин, майор Афонин и Дедегкаев, капитан Романов, Болтнев, Алиференко и еще несколько офицеров еще до начала переговоров были в срочном порядке переправлены в Грозный и оказались в президентском дворце, где новоявленных «борцов за национальную свободу» поспешили предъявить их западным журналистам. После чего разделили по отрядам различных полевых командиров.

По-разному сложилась судьба офицеров. Для одних время, проведенное в руках у боевиков, ограничилось неделями, для других – долгими кошмарными месяцами. Истерзанное тело капитана Андрея Романова было найдено в Старопромысловском районе чеченской столицы лишь в конце марта девяносто пятого. Подполковник Виталий Серегин был освобожден летом, успел, до увольнения в запас отличится в нескольких боевых командировках. Майор Олег Дедегкаев, разделивший с ним все ужасы плена, скончался вскоре после вызволения. Майор Вячеслав Афонин…

С тех пор о его судьбе точно ничего не известно. Поступала различного рода оперативная информация. Имелись многочисленные слухи, домыслы, предположения. Потом прекратились и они. Их место заняла страшная своей неопределенностью формулировка: «пропал без вести»…

Это были первые дни первой чеченской компании…Первые….

Впереди у бригады бои и спецоперации, бои в Черноречье, марши и засады, бои в Грозном на площади Минутка в августе 1996 года, радость и удачи, горечь потерь…

Обо всем этом в других статья нашего сайта 

[Всего голосов: 15    Средний: 4.5/5]

ПОНРАВИЛАСЬ СТАТЬЯ? ПОДЕЛИСЬ С ДРУГОМ!

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *